Проход по ссылкам навигации

Новость:     Читать еще ...


В Алайской долине произошло первое расселение человека
в высокогорье Центральной Азии

Новосибирские археологи из Института археологии и этнографии СО РАН в горах Кыргызстана на памятнике Обишир нашли около пяти тысяч древних артефактов – каменных орудий труда, украшений из камня, а также зуб человека современного типа – одна из немногих находок антропологического материала в этом регионе.

Вместе с археологами из Новосибирска и Кыргызстана (Американский Университет в Центральной Азии) в экспедиции участвовала команда специалистов различного профиля: археозоолог, антрополог, трасолог, геолог и экспериментатор. Археозоолог выясняет принадлежность фрагментов костей животных, которых древний человек, как правило, употреблял в пищу. Кроме того, по обитавшим видам животных ученые выясняют климат и экологию изучаемой территории на тот период. В этом им помогают исследования пыльцы растений из проб грунта и собранные ракушки. Все эти данные восстанавливают примерные условия обитания древнего человека и помогают ответить на некоторые вопросы, например, почему он производил именно такие орудия, на кого он охотился.

Молочный зуб (верхний резец), найденный на памятнике Обишир-5. Фото Б. Виола

Если кости представлены крупными фрагментами или целиком, то антрополог определяет, какие из них принадлежат древнему человеку. В частности, канадский антрополог, профессор Университета Торонто Бенце Виола (Bence Viola) определил, что найденный зуб принадлежит именно человеку, а геологический временной слой, в котором он находился, не оставлял сомнений, что этот гоминид принадлежал к виду Homo sapiens. Эти данные в ближайшее время будут уточнены по результатам анализа ДНК. Трасолог изучает, как использовалось орудие по невидимым глазом следам износа, которые изучают с помощью микроскопа. Экспериментатор реконструирует всю технологическую цепочку изготовления древних орудий, после чего ученые могут попытаться использовать эти орудия так же, как ими пользовался древний человек.

Археологи, которые занимаются исследованиями каменного века, нередко сталкиваются с необходимостью определения состава каменного сырья и технологий его обработки. И в этой части исследований эксперимент остро необходим. Ученые самостоятельно отбирают камни, расщепляют их, создают и обрабатывают режущий край орудия, даже проверяют его режущую или иную способность. Геолог из Института геологии (Варшава) польской академии наук Мачей Крайцарж (Maciej Krajcarz) помогал археологам отыскать аналогичное каменное сырье и определить его состав, чтобы затем вместе с экспериментатором провести работы по обработке камня и использовать его по назначению. Так ученым удалось выяснить, что найденные ими мелкие острия, внешне похожие на наконечники стрел, на самом деле использовались как ножи по мясу.

Геоэлектрическая съемка поверхности памятника показала, где больше рыхлых отложений, в которых наиболее перспективно вести раскопки. Это существенно ускорило работы и повысило их эффективность. По оценкам геолога, возраст одного археологического слоя с находками составил около 8-10 тысяч лет, а самый древний культурный слой, содержащий артефакты, по мнению исследователей, приходится примерно на последний ледниковый период, то есть имеет возраст около 23 тысяч лет назад. Нижние слои содержали более древние типы орудий, которые были сделаны ударным, а не отжимным способом (надавливанием).

– Каменные острия последовательно вставлялись в основу из кости или дерева, образуя единый режущий край лезвия, – пояснила научный сотрудник Института археологии и этнографии СО РАН, кандидат исторических наук Светлана Шнайдер. – Из ювелирных украшений мы нашли одну заготовку и одно готовое изделие из красивого и очень податливого для обработки поделочного камня – серпентина. Из бытовых предметов найден терочник. Трасологическое исследование (проверка на практике) показало, что на нем перетирали не минералы для получения краски, а употребляемые в пищу зерна.

Подвеска из поделочного камня. Фото А. Федорченко

Археологи тщательно сравнили свои находки с уже изученными в советское время, более древними археологическими комплексами в Кыргызстане и Таджикистане, которые находятся в горных системах Тянь-Шаня и Памира, и выяснили, что типы орудий, а также некоторые методы их изготовления и обработки (в частности, отжимной способ расщепления и ретушь) имеют общие черты. Все перечисленные каменные индустрии оказались практически идентичны.

Отметив сходство культур, ученые обратили внимание, что путь между этими памятниками у древнего человека должен был пролегать через Алайскую долину и провели там археологическую разведку. Всего за три дня они нашли 15 новых памятников разных периодов (от каменного века до средневековья), среди которых пещера Чегыртке (с Кыргызского – пещера кузнечиков).

Вход в пещеру был очень низкий под навесом каменных плит и закрыт высокой травой, так что ее обнаружение стало для археологов счастливой случайностью. На полуметровой глубине в пещере во время пробных раскопок ученые нашли древнее орудие типа «нуклеус-резец», что навело их на мысль о достаточно древней каменной индустрии периода раннего конца среднего и начала верхнего палеолита.

Новосибирские археологи также исследовали известную с 1970-х годов Алайскую стоянку, расположенную на высоте 2,8 км над уровнем моря. С поверхности стоянки (без раскопок) исследователи собрали 244 каменных артефакта, среди которых были и орудия труда, и отходы производства. Изучение последних помогает археологам определить использованную технику изготовления орудий древним человеком и выяснить примерный этап развития каменной индустрии, к которому относятся найденные предметы. Все они оказались намного древнее, чем считали предыдущие исследователи: около 15-20 тыс.л.н. вместо 8-10 тыс.л.н. К этому выводу сотрудники ИАЭТ СО РАН пришли, отметив идентичность технологий изготовления орудий на Алайской стоянке с артефактами в древних слоях стоянок в том же регионе (Ходжа-Гор, Курама и Обишир-5). На перечисленных стоянках в предыдущие годы проведены точные датировки по изотопам углерода C14 в кусочках угля и в костных фрагментах животных. Работы выполнены при поддержке гранта РНФ № 14-50-00036.